Давид (bolivar_s) wrote in hist_etnol,
Давид
bolivar_s
hist_etnol

Виктория ВЕКСЕЛЬМАН. Война цивилизаций

Происшедшее в Париже можно смело назвать началом войны цивилизаций – войны между леволиберальной и исламской нетерпимостью. Как и следовало ожидать, исламская нетерпимость взяла верх.

Карикатуристы из «Шарли Эбдо» весьма презрительно относились к любым проявлениям любой религии и резко критиковали Израиль, почти в духе «Дер Штюрмер». Нет, они не считали себя антисемитами, тем более, что и в творческом коллективе «Шарли» были евреи. Они были не лучше и не хуже других левых либералов не только Франции. Просто в среде левых либералов принято поддерживать «палестинское дело», голосовать за создание государства «Палестина», называть евреев оккупантами, а армию обороны Израиля – агрессором. В университетских кампусах студентам и преподавателям требуется немалое мужество, чтобы открыто высказываться в поддержку Израиля. Зато очень модно говорить, что «террор не имеет ни религии, ни национальности». И вот этот самый террор, «не имеющий ни религии, ни национальности», с криком «Аллах акбар!» ворвался в редакцию журнала. На следующий день мусульманские террористы пришли за евреями.

В этот день во Франции была расстреляна Концепция. Заключалась она в том, чтобы упорно прятать голову в песок и отрицать очевидное. Отрицать, что массовая мусульманская миграция является на самом деле «хиджрой», проникновением, демографическим джихадом.

Академический словарь объясняет, что хиджра – это переселение из одного места в другое, где существуют более подходящие условия для служения Аллаху. «То есть, хиджра является формой служения Аллаху». С переселения (хиджры) Мухаммеда из Мекки в Медину мусульмане ведут свое летоисчисление. Хиджра или иммиграция в Европу, Америку и Канаду стала формой «мирного» джихада, постепенного проникновения в страны Запада. И вот уже в районах компактного проживания мусульман в Европе и Америке не действуют законы этих стран, а полиция попросту боится заходить в мусульманские кварталы.

Во Франции тревожно…

Имамы объясняют, что карикатуристы безответственно оскорбляли чувства верующих и довели их до точки кипения. Мы уже слышали подобные объяснения, и даже не от бородатых имамов, а от высокопоставленных сотрудников Белого дома и Госдепартамента, когда террористическое нападение на консульство США в Бенгази объяснили стихийным выражением народного гнева в ответ на демонстрацию в YouTube довольно бездарного трейлера фильма о пророке Мухаммеде.

Поэтому рассуждать о том, «понесли ли карикатуристы заслуженное наказание» или не понесли, просто безнравственно.

За карикатуры, даже самые бездарные, не убивают. Их даже запретить невозможно, ибо возможности сетевой публикации бесконечны. И не менее безнравственно утверждать, что террор «не имеет ни религии, ни национальности».

С 9 сентября 2001 года в мире было совершено 25000 исламских терактов, двадцать пять тысяч терактов за 13 лет. И это помимо исламского террора в Африке, где только за один день террористы «Боко Харам» убили 2000 человек, вырезали всю деревню. Хуже этого может быть только отказ от признания, что эта война идет. Вот в конце декабря французские мусульманские террористы, вдохновившись примером своих арабских коллег из Израиля, начали устраивать автомобильные теракты – давили людей с криками «Аллах акбар!» – а официальный Париж отказался назвать эти деяния терактами. Мусульманские террористы совершали нападения на синагоги, на еврейскую типографию, а их назвали «одинокими волками» и «психами». Точно так же, как Барак Обама отказался назвать расстрел военнослужащих на американской военной базе в Форт-Худе терактом. Это преступление было названо «насилием на рабочем месте». Хотя майор медицинской службы Нидаль Хасан своих убеждений и взглядов не скрывал, и его вполне можно было остановить еще до того, как он пошел убивать во славу Аллаха.

Вполне уместен вопрос о том, куда смотрели французские спецслужбы. Если нападение на еврейскую школу в Тулузе можно было назвать «деянием одиночки», предотвратить которое не было возможности, то от расстрела редакции так просто отмахнуться невозможно. Ведь для подготовки двух терактов – расстрела редакции журнала и захвата заложников в еврейском кошерном супермаркете – требовалось время. Нужно было тщательно изучить местность, подготовить пути отхода с места преступления, запастись оружием, знать точное время и место заседания редколлегии, нужно было наметить цель для отвлекающего захвата, чтобы захватить заложников и требовать обмена их на братьев Куаши, тем более, что братья Куаши были под наблюдением полиции. Но ведь если у нас нет исламского террора, то кого же тогда ловить, правда?

Вот генеральный секретарь ООН Пан Ги Мун выразил радость по поводу ликвидации убийц, не имеющих «ни религии, ни национальности», а чуть раньше он радостно отмечал, что очень скоро террористический анклав ПА станет полноправным членом международного трибунала в Гааге. И он не потребовал от Саиба Ариката, приравнявшего Израиль к «Исламскому государству», объяснений. С осуждением кровавого навета Саиба Ариката выступила только Канада. Президент Франции Франсуа Олланд настаивает, что «фанатики не имеют ничего общего с исламом». Видимо, Саиб Арикат, приравнявший Израиль к террористам «Исламского государства», – хороший мусульманин.

И вот все эти «хорошие мусульмане» собираются в Париж на «марш мира» и участвуют в нем. Хаят Бумедьен, террористка, принимавшая участие в захвате еврейских заложников, сбежала в Турцию, а оттуда в Сирию, и никто ее там не остановил, не поймал, не передал французским властям. Вместо нее в Париж была отправлена представительная делегация на марш мира. Махмуд Аббас, назвавший террористов, давивших евреев в Иерусалиме, национальными героями и шахидами, тоже отправился в Париж протестовать против исламского экстремизма. Не стая воронов слеталась…

Только у премьер-министра Канады Стивена Харпера хватило мужества сказать, что джихадисты объявили войну всему миру: «Мне вовсе не доставляет удовольствия констатировать этот факт. Международный джихад объявил нам войну. Они объявили войну любому, кто думает и поступает не так, как они хотели бы».

Профессор Еврейского университета Рафаль Исраэли объясняет: «Когда мусульманское население достигает критической массы, возникают проблемы. Это общее правило». По словам профессора, мусульманские иммигранты научились манипулировать западными ценностями, пользуясь гостеприимством и терпимостью принимающих стран.

Ни греческие, ни итальянские, ни еврейские иммигранты проблем не создают, среди них  нет священнослужителей, призывающих к священной войне. Иное дело – мусульманское население: по мере его увеличения  возрастает риск насилия.

«При наличии большого мусульманского населения, готового к насилию, – пишет Исраэли, – у вас будут большие неприятности. Если они составляют только 1 или 2 %, они не осмеливаются совершать это – у них нет поддержки большой общины. Они знают, что потонут в немусульманском окружении, а потому ведут себя прилично».

Во Франции, где мусульмане составляют уже 10% населения, точка невозврата пройдена. Полиция боится появляться в районах, населенных преимущественно мусульманами, а джихадисты меняют политический, экономический и культурный облик страны, требуя проведения антисемитской и антиизраильской политики.

Исраэли: «Французы говорят, что становятся чужими в собственной стране. Это точка невозврата. Если вы идете против них, то что вы можете сделать? Вы не можете посадить их всех в тюрьму, и ведь не все они нарушают закон. И назад их всех вы выслать не можете. Вы в беде. Это необратимо».

Французские евреи сделали свои выводы и начинают покидать Францию. Как написала лондонская газета «Телеграф», «исход начался».

Виктория ВЕКСЕЛЬМАН

- See more at: http://kstati.net/vojna-civilizacij/#sthash.fEZL3tVm.dpuf
Tags: аналитика и публицистика, евреи и Израиль, современность и политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments