Давид (bolivar_s) wrote in hist_etnol,
Давид
bolivar_s
hist_etnol

Память о Катастрофе и героизме, которая не нужна Израилю

Память о Катастрофе и героизме, которая не нужна Израилю

Память о Катастрофе и героизме, которая не нужна Израилю
Сегодня в Израиле отмечают День Катастрофы и героизма. Раньше добавляли "европейского еврейства", сейчас не добавляют, чтобы не обижать евреев Северной Африки, тоже признанных пережившими Холокост.

Когда мы приехали из СССР, нам нравилось, что есть такой памятный день. В СССР про Холокост не говорили, в Израиле говорят. И это правильно. И нам казалось, что со временем советский и израильский исторические нарративы сблизятся, и останется Правда.

Этого не произошло. В истории войны и Катастрофы, которую нам рассказывают по радио, телевидению и в газетах, которой обучают школьников, не хватает чего-то очень важного. Возможно, самого важного. Чего именно, я постараюсь показать на двух примерах.
1. Лазарь Паперник.

Родился в 1918 году в городе Славута тогда Подольской губернии, ныне Хмельницкой области Украины. В 1932 году окончил семь классов, в том же году переехал в Москву.

Пока Лазарь жил в Славуте, рядом с польской границей, ему нравилось наблюдать за советскими пограничниками, и он хотел стать таким же, как они.

В Москве он работал на 1-м Московском часовом заводе имени С. М. Кирова: токарем, фрезеровщиком, наладчиком станков, диспетчером, начальником цеха. Кандидат в члены партии, разносторонний спортсмен (конный спорт, стрельба, планерный спорт, лыжный спорт, мотоспорт, плавание).

В армии с 17 июля 1941 года. Ушёл на фронт добровольцем. Рядовой. Снайпер. Зам. политрука спецотряда лыжников 2-го мотострелкового полка отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН) НКВД СССР.

В ночь на 23 января 1942 года, выполнял боевое задание в тылу врага в составе отряда лыжников из 25 человек. Отряд получил задание - выбить противника из деревни Хлуднево в районе города Сухиничи Думиничского района Калужской области. По сигналу командира отряда старшего лейтенанта К. З. Лазнюка бойцы пошли в атаку, уничтожив множество засевших в деревне фашистов. Среди них возникла паника. Однако вскоре немцы опомнились, усилили огонь.

Был тяжёло ранен и вынесен с поля боя командир отряда. Командование принял политрук В. Т. Егорцев. С бойцами он занял круговую оборону на окраине населённого пункта. Бой затянулся до утра. На рассвете по отряду был открыт миномётный огонь. Фашисты бросились в атаку. В живых остался один замполит. Гитлеровцы рванулись к нему. Со словами: "Лучше смерть, чем фашистский плен!" - Л. Х. Паперник взорвал себя и окруживших его врагов противотанковой гранатой.

У деревни Хлуднево установлен мемориал в память о неравном бое лыжного отряда с немецким батальоном.

Мемориал расположен на юго-востоке деревни, представляет собой высокую стелу. В нижней части стелы, на раскрытой книге из темного мрамора — эмблема органов госбезопасности, щит и меч. И высечены слова:

"Здесь похоронены 22 разведчика-лыжника из Отдельной мотострелковой бригады особого назначения НКВД СССР, геройски погибшие 23 января 1942 года в боях за деревню Хлуднево. За мужество и отвагу разведчики-лыжники посмертно награждены орденом Ленина, а заместителю комиссара отряда Лазарю Папернику присвоено звание Героя Советского Союза".

В живых осталось 5 человек: ст. лейтенант Лазнюк Кирилл Захарович — командир роты; красноармеец Ануфреев Евгений Александрович — командир отделения; красноармеец Кругляков Алексей Павлович — сапер; красноармеец Корольков Иван Тимофеевич — стрелок; красноармеец Перлин Борис Лазаревич — боец.

Ниже сказано:

"Памятник сооружен по инициативе и на средства комсомольцев и молодежи Комитета государственной безопасности СССР".

Источники - 1, 2, 3.

Память о Катастрофе и героизме, которая не нужна Израилю


Казалось бы, просто образцовая история еврейского воинского героизма. Бери - и воспитывай на ней детей. Но что-то нашей еврейской стране в ней не подошло.

Поиск в Гугле выдает один единственный источник - сборник материалов по Катастрофе, изданный в 1982 году, где "Лейзер Паперник" просто упомянут в одной строке. В чем же дело?

Видимо, в том, что Лазарь Паперник жил как обычный советский человек - трудился, занимался спортом. Не страдал от "антисемитизма" - какой антисемитизм на часовом заводе? Пошел в армию и служил в войсках НКВД, которые, оказывается, не только сторожили зэков в Гулаге и расстреливали польских офицеров в Катыни, но и были одними из самых боеспособных и эффективных частей Красной армии. И погиб Лазарь Паперник как советский человек вместе с другими такими же советскими людьми. Нужен Израилю такой герой? Получается, что не нужен. А ведь таких были сотни и тысячи. Десятки и сотни тысяч людей жили, сражались и умирали на той войне не только как евреи, но и как советские люди.

2. Муся Пинкензон.

Абрам Владимирович (Муся) Пинкензон (5 декабря 1930, Бельцы, Бессарабия, Румыния — ноябрь 1942, Усть-Лабинская, Краснодарский край, СССР) — пионер-герой, расстрелянный немцами.

Сын врача Владимира Борисовича Пинкензона и его жены Фени Моисеевны. Его предок, один из основателей медицинской династии Пинкензонов, был самым первым врачом Бельцкой земской больницы с момента её создания — ещё в 1882 году. С детства учился играть на скрипке, и когда ему было пять лет, местная газета уже писала о нём как о скрипаче-вундеркинде. В 1941 году Владимир Пинкензон получил направление в военный госпиталь в Усть-Лабинскую. Летом 1942 года станицу Усть-Лабинскую заняли немецкие войска, притом настолько стремительно, что госпиталь не успели эвакуировать. Вскоре семью Пинкензонов арестовали как евреев. В числе других приговоренных к смерти, их вывели на берег Кубани, куда согнали жителей со всей станицы. Солдаты расставляли приговорённых к расстрелу вдоль железной ограды перед глубоким рвом. Перед расстрелом Муся заиграл на скрипке «Интернационал» и тотчас был убит.

После Великой Отечественной войны подвиг Муси Пинкензона стал широко известен сначала через статьи в центральной печати и радиопередачи. В частности, в 1945 году информация о его поступке и гибели была опубликована в газете «Правда». А потом она была подхвачена не только во многих уголках СССР, но и в Европе и Америке. На месте расстрела скрипача был установлен многометровый обелиск, в конце 1970-х заменённый на бетонный памятник.

Имя Муси Пинкензона носила школа № 1 города Усть-Лабинска, в ней действует экспозиция об отважном бельчанине. На школе висит мемориальная доска памяти Муси с надписью: «В этой школе учился герой — пионер Муся Пинкензон. Расстрелян гитлеровскими фашистами в январе 1943 года».

Писатель Саул Наумович Ицкович (1934—1988) написал о нём книгу «Расстрелянная скрипка».

Вышла книга «Муся Пинкензон (о пионере-герое)». — М.: Малыш, 1967. Впоследствии данная книга была переведена на ряд языков.

По мотивам подвига Муси Пинкензона в СССР был поставлен мультфильм «Скрипка пионера» (Союзмультфильм, 1971 г. Режиссёр Борис Степанцев, автор сценария Юрий Яковлев, оператор Михаил Друян. 8 мин.).

Бывший переулок Пушкина в Бельцах с 2007 года носит его имя, где, на недавно построенном общинном доме «Хэсэд Яаков», была вывешена мемориальная доска.

Источник.

Нет, наверное, однозначного определения того, что такое подвиг. В понимании тех, чье сознание сформировано блокбастерами, подвиг – это когда герой убивает с одного выстрела десяток врагов и побеждает целую диктаторскую армию.

Кто-то, воспитанный на советских книгах о войне, вспомнит Мересьева, Покрышкина, Кожедуба, Матросова…

Вспомнятся, конечно, покорители Эвереста, герои космоса, полярники…

Для кого-то подвигом сегодня кажутся сколоченные миллиардные состояния или победы в телешоу…

Но есть подвиги иного рода. Подвиги, совершенные людьми абсолютно мирными, не державшими в руках оружия, и ни убившими ни одного захватчика.

Такие подвиги сегодня воспринимаются с недоверием, ибо стойкость и сила духа – не те качества, что присущи большинству наших современников.

Я не знаю, успел ли в своей жизни простой еврейский мальчик из Бессарабии услышать своё полное имя – Абрам Владимирович. Вместо этого большого и солидного имени звали его просто Мусей. Муся Пинкензон, мальчишка из семьи потомственных врачей, уже к 5 годам освоил типичное для еврейского ребенка занятие: игру на скрипке. Причем освоил настолько хорошо, что местная газета писала о мальчике как о вундеркинде.

Кто его знает, какая стезя ждала Мусю – может, стал бы он врачом, как отец, или прославился, как скрипач. Однако война решила иначе.

С началом войны отец Муси, сугубо мирный врач Владимир Пинкензон, получил направление в военный госпиталь, находившийся глубоко в тылу. Вряд ли Пинкензонам хотелось покидать родные места, но иллюзий питать не приходилось – наступающие гитлеровцы не имели привычки щадить евреев, пусть даже сугубо мирной профессий.

Так 11-летний Муся оказался на Кубани, в станице Усть-Лабинской, где его отец лечил раненых советских солдат, а сам скрипач играл для выздоравливающих бойцов.

Осень 1942 года была для советской армии тяжёлым временем. Немцы стремительно развивали наступление, и госпиталь, где трудился военврач Пинкензон, готовили к эвакуации.

Однако прорыв немцев был столь стремителен, что вывезти всех раненых не успели. Владимир Пинкензон оставался со своими пациентами.

Немцы арестовали врача и предложили ему лечить немецких солдат. Отец Муси наотрез отказался.

К тому времени оккупанты даже не пытались играть в «освободителей», оттого и ставили не на завоевание доверия, а на устрашение населения. Поэтому фашисты решили устроить публичную казнь всех, кого они считали враждебным элементом.

Среди приговорённых оказался военврач Пинкензон и его семья.

На берег Кубани согнали всех жителей станицы. Приговорённых к смерти выстроили перед рвом.

Владимир Пинкензон попытался попросить немецкого офицера пощадить сына, но был застрелен. Феня Моисеевна, мать Муси, бросилась к мужу, но её сразила автоматная очередь.

И вот он остался один, маленький еврейский мальчик Муся, прижимающий к груди последнюю свою ценность – скрипку.

Каково ему было в тот момент, когда на его глазах убили родителей? Что он чувствовал на краю смерти, стоя перед солдатами «высшей расы», считавшими его недочеловеком, грязью?

А вокруг стояли согнанные на это страшное зрелище жители, бессильные чем-либо ему помочь…

У Муси Пинкензона не было ничего, чтобы дать бой своим убийцам. Ничего, кроме скрипки.

И тогда Муся обратился к немецкому офицеру с просьбой:

— Господин офицер, разрешите мне сыграть перед смертью мою любимую песню!

Офицер засмеялся – наверное, этот маленький еврей сошел с ума от страха. Ну что же, пусть потешит публику.

Когда зазвучали первые звуки музыки, стоявшие в оцепенении станичники не сразу поняли, что играет Муся. Не поняли этого в первый момент и немцы.

И только спустя несколько секунд, все осознали, что маленький скрипач играл «Интернационал».

В то время это был не только партийный гимн, но и гимн Советского Союза.

В толпе началось движение. Кто-то подхватил песню, и разъярённый офицер начал орать:

— Свинья, щенок! Прекрати!

Но Муся продолжал играть, пока не прогремели выстрелы. Первые пули ранили мальчика, но он пытался играть дальше, до тех пор, пока новые выстрелы не сразили его наповал.

Немцы в бешенстве принялись разгонять местных жителей, ставших свидетелями их поражения. 12-летний мальчишка со скрипкой оказался сильнее доблестных истинных арийцев, взращённых на мифе о непобедимости немецкого духа.

Они смогли его убить, но сломить не смогли.

Пройдет совсем немного времени, и советская армия изгонит оккупантов с Кубани. Тогда-то и узнает мир о подвиге скрипача Муси – Абрама Владимировича Пинкензона.

Источник.

Память о Катастрофе и героизме, которая не нужна Израилю


Про Мусю Пинкензона на иврите чуть побольше информации, чем про Лазаря Паперника. Есть статья в ивритской Википедии и страница в базе данных Яд ва-Шема. Про него написали статью в газете "Давар" в 1966 году. И это, кажется, все. В "антисемитском" СССР его именем назвали школу в казачьем Усть-Лабинске, сняли про него фильм и написали книгу. Чем он не подошел Израилю?

Разумеется, тем, что он сыграл "Интернационал". Вот если бы он был бейтаровцем и сыграл "Атикву", мы слышали бы про него не реже, чем про Хану Сенеш. А гимн международной солидарности трудящихся, он же гимн СССР с 1922 по 1943 год - кому он нужен? И это несмотря на то, что он прекрасно переведен на иврит двумя классиками нашей литературы - Авраамом Шленским и Хаимом Хефером. Но... "Неактуален". Спасибо и на этом. В нынешней "демократической" Украине за его исполнение в соответствии с принятым 9-го апреля этого года законом о запрете коммунистической и нацистской символики за его публичное исполнение можно получить тюремный срок.

Поэтому пусть он здесь стоит на том языке, на котором его впервые услышал Муся Пинкензон в Бельцах, и на котором его исполняли оставшиеся в живых к 1-му мая 1943 года бойцы Варшавского гетто, отмечавшие среди руин гетто День международной солидарности трудящихся.


http://il24.ru/israel/769-pamyat-o-katastrofe-i-geroizme-kotoraya-ne-nuzhna-izrailyu.html
Tags: евреи и Израиль, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments