Давид (bolivar_s) wrote in hist_etnol,
Давид
bolivar_s
hist_etnol

Category:

Антисионизм как высшая стадия антисемитизма. Часть 1.

Цитата сообщения AgollАнтисионизм как высшая стадия антисемитизма

Юрий Окунев, Лонг-Айленд, Нью-Йорк


Европейские политики всех ориентаций вслед за мировыми СМИ признают рост антисемитизма в Европе и даже огорчаются по этому поводу. Дело дошло до того, что сама ООН, давно превратившаяся в механизм штамповки антиизраильских резолюций, провела специальное заседание по вопросу роста антисемитизма во всем мире и осудила его проявления. Лично у меня от всех этих признаний и осуждений остается скверное послевкусие, как от чего-то несвежего, неискреннего, неправдивого, жуликоватого, короче – как от всего, что от лукавого... Очевидное лукавство европейских политиков состоит вот в чем – они сводят проблему к чисто количественному росту показателей антисемитизма (число нападений на евреев, число угроз и оскорблений на национальной и религиозной почве и т.д.), в то время как подлинную опасность и для евреев, и для человеческой цивилизации в целом представляет качественное перерождение европейского антисемитизма, вступившего в свою новую, высшую стадию развития. Эта высшая стадия антисемитизма есть антисионизм, целями которого являются отнюдь не мелкие дискриминационные пакости или террористические нападения, направленные на отдельных евреев, а глобальная делигитимизация права евреев на свое независимое национальное существование, постепенное размывание еврейского характера Государства Израиль и, как конечная цель, его ликвидация с последующей постепенной добровольно-принудительной ассимиляцией остатков беззащитного еврейства в странах его рассеяния. Забвение Библейских этических основ Западной цивилизации также является хотя и отдаленной, но остро желанной целью современного антисионизма. Новая волна антиеврейских настроений в Европе лишь в малой степени вызвана реанимацией дряхлого европейского антисемитизма, слегка взбодренного мусульманскими юдофобскими выходками. Эта волна есть проявление новой, молодой и агрессивной высшей стадии антисемитизма, называемой антисионизмом. Не сомневайтесь в этом и не заблуждайтесь на этот счет!



Что хуже?


Вопрос о соотношении между антисемитизмом и антисионизмом обсуждается давно и остро. Все войны израильских евреев с арабскими соседями, каждая вспышка терроризма внутри и вокруг Израиля, его попытки защитить себя, равно как и любые мусульманско-христианско-иудейские конфликты, сопровождаются ожесточенными дискуссиями на данную тему. Вот некоторые часто задаваемые вопросы:
Какова сфера пересечения этих понятий-явлений – антисемитизма и антисионизма?
Что хуже (или лучше) антисемитизм или антисионизм?
Какова связь между антисемитизмом и антисионизмом и является ли второе следствием первого?

Спектр ответов на первый и подобные ему вопросы простирается через все цвета, от – «антисионизм полностью сопадает (равен) с антисемитизмом», до – «эти явления не пересекаются и не имеют ничего общего».

На второй вопрос отвечают в не менее широком диапазоне от «оба хуже» до «оба лучше» с популярным промежуточным вариантом: «антисемитизм – это плохо, а антисионизм – это хорошо».

Поляризация ответов на третий вопрос также полная – от «антисионизм есть прямое следствие антисемитизма» до «антисионизм никак не связан с антисемитизмом и вызван совершенно иными причинами» с массой промежуточных интерпретаций и популярным вариантом «антисионизм есть частный случай антисемитизма».

Если бы я был согласен хотя бы с одним из вышеупомянутого огромного конгломерата известных ответов на вопрос о «соотношении между антисемитизмом и антисионизмом», то определенно не стал бы беспокоить читателей своими размышлениями на эту тему. Как говорил поэт – «то никогда бы руку не занес на чистую, как облако, как снег, бумагу». Но я не могу полностью согласиться ни с одним из существующих ответов, хотя некоторые мне весьма импонируют.


Сообщающиеся сосуды

Наиболее серьезные попытки утвердить положительный имидж антисионизма проходят через теоретическое обоснование тезиса «антисионизм не имеет ничего общего с антисемитизмом», который, однако, не выдерживает практической проверки.

В бывшем Советском Союзе категорически отрицалась связь открытого и широко практиковавшегося антисионизма с формально запрещенным антисемитизмом. Сионизм определялся как «реакционная, шовинистическая идеология еврейской буржуазии», а антисемитизм считался порождением «эксплуататорских классов» и «пережитком капитализма в сознании трудящихся»; по утверждению официальной пропаганды и тот, и другой были неприемлемы для советского человека. Все советские руководители, бывшие ярыми противниками и хулителями сионизма, отрицали наличие антисемитизма в их «социалистической стране». В действительности же официальный антисионизм был в СССР лишь фиговым листком для прикрытия государственного антисемитизма во внешней и внутренней политике. О советском госантисемитизме, поддержанном населением и на бытовом уровне, написано так много исторических исследований, воспоминаний и художественных произведений, что было бы неразумным занимать внимание читателей доказательствами очевидной несостоятельности советской доктрины отрицания связи антисионизма с антисемитизмом. Некоторые, тем не менее, возражают – мол, всё-таки антисионизм и антисемитизм в СССР различались, т.к. за «сиониcтскую деятельность» сажали, а за слово «еврей» в паспорте лишь ограничивали в выборе профессиональной деятельности. Это верно, они различались, но не очень, ибо к проявлениям сионизма в СССР относили любое стремление оставаться евреем, даже, например, такое безобидное занятие как изучение еврейского языка. Таким образом, советский государственный опыт состоял в почти полном слиянии антисионизма с антисемитизмом, в неразделимости и неотторжимости одного от другого в стране «развитого социализма». Это слияние напоминало, образно говоря, сосуд, в котором смешаны антисионизм и антисемитизм – смесь в сосуде пафосно называлась антисионизмом, но при элементарном анализе оказывалась банальным антисемитизмом.

В отличие от бывшего Советского Союза современная Европа тщательно разлила антисионизм и антисемитизм в два разных сосуда, которые, однако, оказались – то ли по недосмотру, то ли по злому умыслу – сообщающимися... Переливаясь из одного сосуда в другой и постепенно смешиваясь, сравнительно молодой европейский антисионизм и древний европейский антисемитизм быстро превращаются в недоброй памяти советскую однородную юдофобскую смесь. Под сильным мусульманским давлением и под влиянием очередной эпидемии заразного ультралевого либерализма, чье отличие от социализма можно рассмотреть лишь под микроскопом, образованные европейцы с упоением занимаются борьбой с сионизмом – устраивают всевозможные антиизраильские акции, бойкоты израильских товаров и ученых, сопровождаемые угрозами санкций публичные осуждения любых израильских «негуманных» попыток защитить себя... При этом европейские «интеллектуалы» и политические лидеры, бия себя в грудь и возлагая венки к памятникам жертвам Холокоста, клятвенно заверяют «прогрессивную общественность», что они не антисемиты. «Разве несогласие с политикой Израиля – это антисемитизм?» – вопрошает европейский либерал, делая большие глаза. Ловким шулерским движением он прикрывает неоспоримым правом на критику Израиля свое отрицание права еврейского народа на существование в собственном, ни от кого не зависящем государстве. Шулер полагает, что его ловкий трюк дураки не заметят – отнюдь не все, однако, вокруг дураки...

Подобно тому как в СССР антисионизм стал фиговым листком для прикрытия государственного антисемитизма, европейский антисионизм стал удобной лазейкой для протаскивания антисемитизма в светлое здание классического либерализма. В том здании прежде царил незыблемый принцип – либерализм и антисемитизм несовместимы, а слыть антисемитом было дурным тоном для истинного либерала. Но времена меняются, на смену классическому либерализму пришел неолиберализм, а затем – болезнь левизны в либерализме, разлагающая даже те здоровые принципы, которые казались незыблемыми. Прогрессируя, болезнь левизны спровоцировала в европейском обществе застарелую метастазирующую опухоль юдофобства, которую теперь надлежит тщательно камуфлировать и скрывать под маской антисионизма, частенько сползающей с лица – черт бы её побрал... По-видимому, многие респектабельные европейцы-антисионисты искренне верят, что в их взглядах и действиях отсутствует антисемитская составляющая. Подчас они приводят в качестве доказательства то, что, мол, многие евреи, даже религиозные, выступают против существования государства Израиль и являются противниками сионизма. Ложность такого обоснования очевидна: евреи, одержимые зоологическим антисемитизмом и сомоненавистью, хорошо известны на протяжении многотысячелетней еврейской истории – их взглядами, подчас отнюдь не бескорыстными, никого не удивишь и ничего не докажешь.

Любопытно, что антисионистской маской научились прикрывать свой антисемитизм не только респектабельные европейцы, но и мусульманские экстремисты, включая правителей мракобесных авторитарных режимов на Ближнем Востоке, – мы, мол, дескать ничего не имеем против евреев и даже уважаем их приверженность иудаизму, но... Израиль должен быть уничтожен. Вот такие «друзья» есть у еврейского народа в этом мире.

Мартин Лютер Кинг: антисионизм = антисемитизм

Историки, политики, философы, журналисты выдвинули немало толкований рассматриваемого здесь вопроса. Из этих толкований моему пониманию истинного соотношения между антисионизмом и антисемитизмом в наибольшей степени соответствует формулировка выдающегося американского религиозного и общественного деятеля середины прошлого века Мартина Лютера Кинга: антисионизм и антисемитизм – это одно и то же, и невозможно быть антисионистом, не будучи антисемитом. Свою знаменитую проповедь «Антисионизм есть антисемитизм» пастор заканчивает вдохновенными, воистину пророческими словами:

«Антисионизм, по своей сути, является антисемитизмом, и будет таковым всегда. Что такое антисионизм? Это – отрицание для еврейского народа того фундаментального права, которым мы справедливо наделяем народы Африки и без ограничений предоставляем всем народам земного шара. Это – дискриминация евреев… потому что они евреи. Короче говоря, антисионизм – это антисемитизм…
Антисемит рад любой возможности дать выход своей злобе. В наше время на Западе стало непопулярным открыто выражать ненависть к евреям, поэтому антисемит вынужден постоянно искать новые формы и новые сферы приложения для своего яда. Как ему устроить новый маскарад? Очень просто – он, оказывается, не имеет ничего против евреев, он просто – антисионист!
Мой друг, я не обвиняю тебя в преднамеренном антисемитизме. Я знаю, что ты так же, как я, испытываешь глубокую любовь к правде и справедливости и отвращение к расизму, предубеждению и дискриминации. Но я знаю – ты, как и многие другие, был введен в заблуждение, полагая, что можно быть антисионистом и в то же время оставаться верным тем принципам добросердечия, которые мы с тобой разделяем.
Пусть же следующие мои слова найдут отклик в глубине твоей души: когда люди говорят о своей ненависти к сионизму, они имеют в виду евреев – не заблуждайся на этот счет».


По поводу этой проповеди Мартина Лютера Кинга существует множество спекуляций, вплоть до отрицания его авторства. Для нас важна, однако, отнюдь не полемика вокруг авторства, а блестящая по выразительности и четкости формулировка сути проблемы – жесткая корреляция между антисемитизмом и антисионизмом есть неопровержимый закон истории. Попытки скрыть антисемитизм за камуфляжной сеткой атисионизма Мартин Лютер Кинг обозначил удивительно точным и емким словом «маскарад». В наше время юдофобский маскарад принимает красочные формы изощренного спектакля с многочисленными масками гуманизма, справедливости, мира и демократии: маска ближневосточного миротворца, маска сочувствия «палестинскому народу», маска осуждения «израильской оккупации», маска гуманного отношения к террористам, маска демократического еврейско-арабского государства, маска заботы о мусульманских святынях на Храмовой горе в Иерусалиме... Как только ни изощряются антисемиты во всем мире – от мусульманских фанатиков на Ближнем Востоке до левых либералов в Европе, от псевдогуманистов в Америке до псевдопатриотов в России. Изощряются, скажем прямо и честно, с одной единственной конечной целью – стереть с лица Земли еврейское государство.

Антисионизм круче антисемитизма

Заключение Мартина Лютера Кинга, как отмечалось, всегда казалось мне наиболее близким моему собственному пониманию связи антисионизма с антисемитизмом, но, признаюсь, его простота: «антисионизм = антисемитизм», вызывала некоторые сомнения. Как-то плохо вписывались в эту простую формулу и огромный, несоразмерный объекту масштаб антисионистского движения во всем мире, и, особенно, какая-то лютая, звериная, остро избирательная ненависть по отношению к сионизму. Нет, друзья мои, при всем уважении к мнению великого пастора, его простая формула «антисионизм = антисемитизм» не совсем верна, хотя и отражает суть сопоставляемых явлений. На самом деле, строго говоря, «антисионизм ≠ антисемитизм», а если быть более определенным, «антисионизм ˃антисемитизм». Математический символ “˃”, т.е. “больше”, означает в контексте наших размышлений, что антисионизм охватывает антисемитизм, является его развитием, что современный антисионизм, в конце концов, значительно круче одряхлевшего антисемитизма.

Полужаргонное слово «крутой», широко используемое в современной молодежной лексике, означает «чрезвычайный, крайний в проявлениях своих свойств, качеств и т.д.» В контексте нашей темы утверждение «антисионизм круче антисемитизма» означает, что антисионизм превосходит антисемитизм как по масштабам своих разрушительных целей, так и по общественной вредоносности, что он является крайним проявлением антисемитизма. Современный антисионизм значительно опаснее и для самих евреев, и для всей человеческой цивилизации, чем впадающий в старческий маразм, древний, как мир, антисемитизм. Если европейский антисемитизм можно сравнить с психопатическими кознями мелких бесов против евреев, то антисионизм – это воистину дьявольский замысел по уничтожению как евреев, так и в целом иудео-христианской цивилизации, основанной на Библейских этических принципах.

Рискну высказать следующую гипотезу: антисионизм есть высшая стадия антисемитизма, его завершающий, возможно – эсхатологический, этап. Современный антисионизм, как всемирно-исторический феномен, есть агрессивный этап перерождения антисемитизма, когда столкновение иудео-христианской цивилизации с ее многочисленными антиподами, включая воинствующий атеизм, исламо-фашистское мракобесие и откровенное варварство, выходит на финишную прямую, когда, в конце концов, решается судьба человечества...

Для обсуждения вышеприведенной гипотезы необходимо хотя бы кратко остановиться на глубинных корнях двух явлений всемирно-исторического масштаба – антисемитизме и сионизме.

Генезис антисемитизма

Многие относят возникновение антисемитизма ко временам раннего христианства. Более того, подчас утверждается, что он является следствием христианского отторжения евреев и иудаизма. Это неправда. Слов нет – христианство внесло чудовищный вклад в преследования евреев на протяжении двух тысячелетий, в кровавые наветы на них, в разжигание ненависти к евреям, наконец, как полагают специалисты, в закрепление на генетическом уровне психической болезни юдофобства в среде европейских народов. Некоторые выдающиеся деятели католической и протестантской церквей со времен Мартина Лютера и до наших дней открыто, публично признавали, что христианские преследования евреев есть преступление перед человечеством и Богом, и нам нет необходимости ломиться по этому вопросу в открытую дверь. Тем не менее, не христианское вероучение явлется коренной первопричиной антисемитизма. Последний существовал и в дохристианские времена, с тех далеких дней, когда стал известен Моисеев закон и его Десять заповедей – странная для людей языческого мира мораль, противоречившая их природным инстинктам.

О причинах антисемитизма не рассуждали лишь самые ленивые, поэтому наиболее популярные объяснения весьма незатейливы, ибо отражают естественное стремление людей к простоте. Наверное, первое место по популярности занимает такое житейское мнение, что, мол, антисемиты просто-напросто завидуют евреям – их богатству, талантам, влиянию, образованности, умению обустроить свою жизнь и еще многое чему... Есть даже такая хлесткая прибаутка – дескать, англичане не являются антисемитами потому, что не считают евреев умнее себя. Конечно, у англичан есть все основания не считать себя глупее евреев, тем не менее, английский антисемитизм был, есть и, похоже, склонен к углублению и расширению – без него история еврейского народа была бы намного благополучнее... Выведение антисемитизма из чувства зависти к евреям является, конечно, наивным упрощенчеством, равно как и любые другие теории, основанные на реальных или мнимых недостатках евреев или тех, кто евреев преследует, – мы не будем тратить время на их обсуждение. Опустим также рассмотрение весьма популярных в ХХ веке классовой, расовой и религиозной теорий возникновения антисемитизма – их несостоятельность доказана историей [1] .

По современным воззрениям глубинные корни антисемитизма, возникшего еще в дохристианские времена, лежат в неприятии древним языческим миром созданной иудеями библейской этики. Эта этика с ее призывами к любви к ближнему и стремлением к миру была не только совершенно непонятна и чужда людям тех времен, но и противоречила их естественным инстинктам. Древний человек, вышедший на историческую арену из бездонного колодца прошлого в первые тысячелетия до нашей эры, отнюдь не придерживался кажущихся нам очевидными моральных норм. Более того, он был бы весьма удивлен, узнав, что мы стараемся следовать таким правилам, как «не убий», «не укради», «почитай своих отца и мать», или, тем более, «возлюби ближнего своего, как самого себя». Полное непонимание вызывали у древнего человека библейские идеи равенства людей перед законом и святости человеческой жизни, концепция личной ответственности человека за свои поступки, равно как и идеалы мира и любви.

Основанное на природных инстинктах, подчас подсознательное, отторжение языческим миром созданной иудеями новой монотеистический религии и чуждой ему библейской этики послужило исходным толчком к возникновению антисемитизма. Как утверждал немецкий философ Фридрих Ницше, «евреи навязали человечеству ложную библейскую мораль, в основе которой лежит любовь к ближнему», и за это они платят дорогой ценой – отторжением от всех других народов. Ницше пришел к такому заключению в конце ХIХ века, он словно предвидел, каким чудовищным и кровавым насилием против еврейского народа обернется борьба нацистских варваров с библейскими нравственными законами в середине следующего ХХ века. Геноцид еврейского народа в Европе стал наивысшей точкой и самым жестоким проявлением многовеквого отторжения библейской этики, его невозможно понять без учета геополитических целей нацизма. Германские национал-социалисты намеревались перестроить мир на основе новой, небиблейской морали, морали ницшеанского сверхчеловека. В этом новом мире избранной будет немецкая нация а вечным и единственным божеством будет фюрер Адольф Гитлер. Гитлер свирепо уничтожал евреев потому что основная идеологическая концепция нацизма не могла быть реализована без ниспровержения анонимного, невидимого, космического Бога, без отторжения библейской морали и полного уничтожения «избранного народа». «Нет места на Земле двум избранным народам» – в этом хорошо известном гитлеровском изречении ключ к пониманию проблемы. Библейская мораль была неприемлема для геополитической концепции нацизма, согласно которой Гитлеру надлежало впервые в истории «решить окончательно еврейский вопрос», расчистив тем самым путь для нового ницшеанского сверхчеловека с его доминантной волей к власти. Фашизм был одним из наиболее драматичных эпизодов борьбы дьявола с Богом за душу человека. Еврейский народ оказался на острие этой вечной схватки, потому что его пророки написали в свое время Библию – не больше и не меньше!

Возвращаясь к ранней истории антисемитизма, следует отметить, что параллельно с постоянным подсознательным отторжением библейской морали шло закрепление из поколения в поколение негативного отношения к евреям. В этом процессе решающую роль играла христианская антисемитская пропаганда. Вышедшее из иудаизма христианство распространило библейские нравственные законы на значительную часть мира. Казалось бы, вслед за этим христианству следовало решительно отречься от антисемитизма, прекратить преследование библейского народа, особенно, если учесть, что все основоположники христианства были этническими евреями и, во многих отношениях, правоверными иудеями. Этого, однако, не произошло. Напротив, христианство избрало еврейство своим главным врагом, постоянным объектом преследования и кровавого насилия. Выдающийся ученый, основоположник психоанализа Зигмунд Фрейд дал любопытную психологическую трактовку этого феномена на примере христианских народов, исповедующих в одно и то же время библейскую мораль и ненависть к евреям:

«Мы не должны забывать, что народы, которые сегодня преуспевают в практике антисемитизма, стали христианами сравнительно недавно. Зачастую новая религия была навязана им силой… Но под тонким слоем внешнего христианства они остались теми, кем всегда были их предки, – варварами-идолопоклонниками. Они не сумели преодолеть ненависти против навязанной им новой религии, а спроецировали собственную к ней неприязнь на источник христианства – иудаизм. Тот факт, что апостолы рассказывают о событиях, происходивших среди евреев и только, лишь усиливает эту проекцию. Ненависть к иудаизму – это выражение их ненависти к христианству и нет ничего удивительного в том, что немецкие нацисты преследуют обе монотеистические религии, видя их близкую связь».

Закрепляясь в сознании христианских народов благодаря постоянной антисемитской пропаганде на протяжении сотен поколений, юдофобство превратилось к началу ХХ века в неизлечимую психическую болезнь, эпидемия которой захватывала как отдельных людей, так и целые народы. Эта болезнь время от времени обострялась вследствие различных политических и экономических факторов, а подчас почти затихала, но она продолжала гнездиться у значительной части европейского населения. К подобным выводам пришел еще в конце ХIХ века один из основоположников сионизма – одесский просветитель Лев Пинскер. Пинскер обратился к проблеме антисемитизма не только как социолог, но и как врач, и вывод его был ужасен: юдофобство есть психическая болезнь, связанная с определенными наследственными изменениями в подкорковых центрах сознания; эта болезнь неизлечима и бороться с нею средствами просвещения, полемики или научной аргументации совершенно бесполезно. Этот вывод был подобен взрыву бомбы, вброшенной в окно уютной гостиной, в которой образованные еврейские интеллигенты за рюмкой хереса у камина обсуждали блестящие перспективы интернационального братства народов и свое собственное светлое будущее среди просвещенных наций Европы. Во времена Льва Пинскера еще не было молекулярной биологии и генетики. В наши времена биологи не исключают того, что юдофобство, возможно, имеет наследственно-генетический характер, приобретенный в результате многовекового эволюционного процесса в условиях постоянной антисемитской пропаганды. Генетики уже нашли «гены альтруизма» и «гены эгоизма» [2] – не удивлюсь, если вскоре они обнаружат «ген антисемитизма».

Что такое сионизм

В отличие от антисемитизма, развившийся из этой психической болезни антисионизм содержит все признаки идеологии, созданной и регулируемой определенными политическими силами. Эта идеология сравнительно молода, ее возникновение связано с появлением политического сионизма Теодора Герцля в самом начале ХХ века. Для нашего анализа важно четко осознавать, что сионизм является национально- освободительным движением еврейского народа, направленным, согласно энциклопедическим словарям, «на завоевание национальной независимости, ликвидацию национального гнета и реализацию нацией права на самоопределение и создание собственного национального государства». Сионизм – древнейшее национальное движение, зародившееся в тысячелетних глубинах трагической еврейской истории.

Ерушалаим – сердце мое,
Что мне сказать,
Когда увижу тебя
Глазами, полными слез...


Эти слова были написаны еврейским поэтом две с половиной тысячи лет тому назад на берегах «рек Вавилонских». Христианский проповедник Ян Виллем ван дер Ховен относит зарождение сионизма к началу монотеизма, пришедшего на смену язычеству, и полагает, что первым на Земле сионистом был сам Господь. Начиная с Вавилонского пленения в VI веке до н.э. и до 7 июня 1967 года, когда израильские десантники с лицами в пороховой копоти и с автоматами в руках припали к святым камням Стены Плача, тоска по Иерусалиму проходит красной нитью через всю еврейскую жизнь, философию, литературу, поэзию и религиозную литургию в форме сионид. Однако вплоть до ХVIII века сионизм не выходил из колыбели мессианства. Тем не менее, выросший из мессианства сионизм шел своим путем, со временем все более полагаясь не на приход Мессии, а на активную работу народа, на самодеятельность масс – на пике невыносимо тяжелой реальной жизни еврейского народа вызрела на стволе народной тоски по Сиону ветвь политического сионизма.

Любопытно, что первыми приверженцами этой ветви сионизма, первыми проповедниками реального возрождения еврейского государства в Палестине задолго до пророческой деятельности Теодора Герцля стали христиане. Широкая поддержка сионизма в Европе и Америке была результатом нового отношения к евреям, начало которому положили принципы эпохи Просвещения – признание естественных прав и личной свободы каждого человека. Многие мыслители Просвещения полагали, что евреи были безвинно осуждены христианским миром на страдания и бесправие. Следовательно, еврейский народ имел право вновь обрести достойное и равное место среди прочих наций. Среди виднейших идеологов Просвещения наиболее близким к идеям сионизма был выдающийся французский мыслитель Жан-Жак Руссо. Полусионистские концепции Руссо были развиты в полноценную сионистскую идею Джоном Адамсом – вторым президентом Соединенных Штатов Америки. Выдающимися сионистами среди христиан были: русский полководец, завоеватель Крыма, князь Потемкин Таврический; французский полководец и император Наполеон Бонапарт; нью-йоркский пастор Джон Макдональд; русский революционер Павел Пестель; британский политик лорд Эрл Шафтсбери; премьер-министр Великобритании лорд Биконсфилд; губернатор Южной Австралии сэр Джордж Гаулер; премьер-министр Великобритании виконт Генри Джон Темпл Пальмерстон; мормонский лидер Орсон Хайд; французский философ Жозеф Сальвадор; автор женевской конвенции о Красном Кресте Анри Дюнан; британский археолог сэр Чарльз Уоррен; английская писательница Джордж Элиот; дипломат сэр Лоуренс Олифант; премьер-министр Великобритании Дэвид Ллойд Джордж; министр иностранных дел Великобритании Артур Джеймс Бальфур и многие другие.

Авторитетные христианские бгословы и философы высоко оценивали сионистскую идею, они усматривали в ней реализацию Библейских пророчеств и считали цели сионизма созвучными идеалам веры Христовой. Русский философ Николай Бердяев считал сионизм «самым благородным течением в еврействе». Религиозные философы прдчеркивали, что в христианском духовном сознании ключевое место занимает вера в необходимость и неизбежность возвращения народа Книги в Сион, поэтому истинный христианин не может не сочувствовать сионизму. Вот какое блестящее, пронизанное высокой религиозной поэзией разъяснение дал в свое время по этому поводу русский философ и православный богослов Сергей Булгаков:

«Есть священные символы и мировые идеи, которые заставляют дрожать самые сокровенные струны сердца: такое значение имеет, например, христианский Царьград и крест на св. Софии, или освобождение из рук неверных Гроба Господня. Подобное же значение должен иметь для иудейского и христианского сердца (я трижды подчеркиваю это «и») вопрос о Палестине и устроении Израиля на земле, ему Богом данной и обетованной.
В дни великих мировых свершений, когда обнажаются сокровенные корни истории, опять загорелась и эта идея, выступил на поверхность и этот вопрос, как очередной, близкий, подлежащий разрешению если не сегодняшнего, то завтрашнего дня. Постановка вопроса о предоставлении Палестины, в той или иной политической форме... в качестве национальнаго жилища Израилю волнует душу совершенно исключительным волнением, ибо с духовными судьбами Израиля таинственно и непреложно связаны и судьбы христианскаго мира. Не земные расчеты на власть, богатство и влияние руководят теми представителями еврейского народа, которые справедливо видят в преодолении диаспоры, рассеяния основу духовного возрождения своего народа и жаждут не только освобождения от «черты оседлости»,... но и права на самобытное существование…
Близятся времена и сроки. На историческом небе загорелась новая идея, наряду с другими священными именами история произнесла и святое имя Сиона...».

Можно сказать, что сионистская идея возрождения в Палестине еврейского государства с естественным центром в Иерусалиме вызывала сочувственную поддержку большинства христианских народов и государств на протяжении всего ХIХ и начала ХХ века – всемирного антисионизма тогда и в помине не было. Теодор Герцль – основатель Всемирной сионистской организации – столкнулся с первыми нападкам на эту идею сразу после выхода в свет его пророческой книги «Еврейское государство», но эти нападки исходили, главным образом, от самих евреев. Противниками сионистской идеи оказались, в первую очередь, бывшие друзья Герцля – небескорыстные, но наивные сторонники еврейской ассимиляции, всеми силами пытавшиеся избавиться от своего еврейства и слиться с европейскими нациями. Затем к ним присоединилась определенная часть погрязших в гордыне ортодоксальных религиозных евреев. Это противодействие идеям Теодора Герцля носило локальный, ограниченный характер – его вряд ли можно было бы назвать антисионизмом. Даже в мусульманской Турции, которой принадлежала тогда Палестина, к идеям Теодора Герцля относились с пониманием, хотя и возражали против полномасштабного их воплощения.

В целом мировое сообщество первой трети ХХ века поддерживало сионизм, о чем свидетельствуют и принятая правительством Великобритании Декларация Бальфура, которую одобрили Соединенные Штаты Америки, и известные решения Лиги Наций о создании в Палестине национального очага еврейского народа. По общему представлению тех времен (после Первой мировой войны), Аравия и Сирия должны остаться в руках арабов, а Палестина перейти евреям – «древнейшим сынам этой страны, чьи арабские братья обретут благодаря им как материальные, так и духовные блага» [3] . Этой поддержке не смог помешать даже традиционный европейский антисемитизм, который приближался к своему чудовищному пику.

Когда же и каким образом психическая болезнь антисемитизма превратилась во всеохватную, агрессивную идеологию антисионизма? Когда и почему болезненные клетки юдофобства метастазировали в жизненно важные центры Западной цивилизации, вызывая злобное неприятие крошечного еврейского государства, отчаянно борющегося за свое право быть на этой Земле?

(Окончание следует)


Примечания:
[1] Подробное обсуждение этих вопросов имеется в книге: Ю. Окунев, «Ось всемирной истории» – см.www.yuriokunev.com
[2] См. – Б. Берель, «Искушение верой и генетика альтруизма»
[3] Цитата из газеты короля Хусейна в Мекке – см. В. Лакер, «История сионизма»

источник

Tags: альтернативная история, аналитика и публицистика, евреи и Израиль, история, современность и политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments