Давид (bolivar_s) wrote in hist_etnol,
Давид
bolivar_s
hist_etnol

Categories:

Путевые заметки игумена Даниила. Кому на Руси прощали внебрачные связи (2 статьи)

Путевые заметки игумена Даниила. Дарья Пащенко

Игумена Даниила можно считать одним из первых русских тревел-блогеров. В первые годы XII столетия он в качестве паломника посетил Святую землю и оставил подробное описание своего путешествия, по меркам того времени совершенно немыслимого. О паломничестве, которое пришлось на начало эпохи Крестовых походов, – в нашем материале.

Игумена Даниила в православной культуре также часто называют Даниилом Паломником. И это вполне закономерно: именно благодаря своей поездке в святые места монах и вошел в отечественную историю. О жизни Даниила как до, так и после паломничества известно немногое. Принято считать, что он был черниговским игуменом, а в монахи постригся в стенах Киево-Печерского монастыря. Впрочем, на протяжении нескольких веков эти тезисы остаются лишь предположениями. Николай Михайлович Карамзин, к примеру, считал иначе: он высказал мысль, что «сей путешественник мог быть Юрьевским епископом Даниилом, поставленным в 1113 году».
Представления о том, когда именно Даниил совершил свое знаменательное паломничество, тоже неоднократно менялись. Ныне господствует версия, что монах посетил Святую землю в 1104 — 1106 годах.
По итогам путешествия игумен составил подробное описание всех увиденных им мест и артефактов. Его произведение получило название «Житие и хождение игумена Даниила из Русской земли». Оно стало первым на Руси примером подобного жанра — по крайней мере, из сохранившихся. «Хождениями» впоследствии стали называться все древнерусские сочинения о паломничествах и поездках в другие страны: самый совершенный образец жанра — «Хождение за три моря» Афанасия Никитина — появился в XV веке.
фото 1.gif
Фрагмент одного из списков «Хождения»
В первую очередь, конечно, Даниил в своем произведении описывал религиозные святыни — иначе и быть не могло. Он рассказал о жертвеннике Авраама, о столпе Давида, о местах, где Христос был предан и распят, а также о Гробе Господнем. «Гроб же Господен собою таков: это как бы маленькая пещерка, высеченная в камне, с небольшими дверцами, через которые может, став на колени, войти человек. В высоту она мала, а в длину и в ширину одинаково четыре локтя. И когда входишь в эту пещерку через маленькие дверцы, по правую руку — как бы скамья, высеченная в том же пещерном камне: на той скамье лежало тело Господа нашего Иисуса Христа», — писал игумен.
Интересно, что Даниил обращал внимание на все детали, скрупулезно фиксировал приблизительные размеры святынь, их расстояние друг от друга. Игумен — вероятно, сам того не ведая — создал любопытнейшие для своего времени путевые заметки, которые и современному читателю помогают воспроизвести в воображении пейзажи Святой земли.
Невероятное впечатление произвело на паломника появление Благодатного огня: «Свет же святой не так, как огонь земной, но чудесно, иначе светится, необычно; и пламя его красно, как киноварь; и совершенно несказанно светится». Данному событию, поразившему Даниила, посвящена самая обширная глава «Хождения». Монах развенчивает мифы, связанные с этим чудом: «Многие ведь странники неправду говорят о схождении света святого: ведь один говорит, что Святой Дух голубем сходит ко Гробу Господню, а другие говорят: молния сходит с небес, и там зажигаются лампады над Гробом Господним. И то ложь и неправда, ибо ничего не видно тогда — ни голубя, ни молнии. Но так, невидимо, сходит с небес благодатию Божиею и зажигает лампады в Гробе Господнем».
фото 2.jpg
Гроб Господень. Миниатюра из иллюстрированного списка «Хождения», XVII век
Однако не только о святынях и чудесах рассказывает игумен Даниил в своем произведении. Пожалуй, самыми интересными аспектами его сочинения являются описания быта, жизненного уклада палестинцев. Из «Хождения» можно почерпнуть сведения о сельском хозяйстве того времени, а также о том, как русским человеком воспринимались территории с совершенно иным, непривычным ему климатом. «Иерусалим же большой город с крепкими стенами; стены его равны друг другу; построен он о четырех углах в форме креста. Ущелья во множестве вокруг него и горы каменные. Безводно то место: ни реки, ни колодца, ни источника нет вблизи Иерусалима, но только одна купель Силоамская. Но дождевой водой живут все люди и скоты в городе том. И хлеба хорошие родятся около Иерусалима в камнях тех без дождя, но так, Божиим повелением и благоволением. Родятся изрядно пшеница и ячмень: ведь одну кадь посеяв, берут девяносто кадей, а другой раз сто кадей за одну кадь. Это ли не благословение Божие земле той святой! Много виноградников около Иерусалима и деревьев фруктовых многоплодных, смокв, шелковиц, маслин, рожков; и другие все различные деревья без числа по всей земле той растут», — делился монах впечатлениями с потенциальными читателями.
«Хождение» игумена Даниила на Руси стало очень популярным: сохранилось около 150 списков этого произведения, что в ту эпоху считалось весьма немалым «тиражом». А в XIX веке даже появились переводы «Хождения» на европейские языки: французский, немецкий и английский.  http://diletant.media/articles/39288792/                                                                                                                                                                                                           

Кому на Руси прощали внебрачные связи

Внебрачные связи практически во всех культурах мира не поощрялись. Где-то к ним относились суровее, где-то - мягче. А как с этим обстояло дело на Руси?

Языческое время

До принятия христианства статус женщины в браке определялся тем, была она взята замуж посредством умыкания или по сговору с представителями ее рода. «Умыкнутой» женщине никаких прав не предоставлялось, она была едва ли не личным имуществом супруга. Такую женщину муж мог покарать за измену, как ему угодно, даже убить. Зато сам муж ни в чем не был ограничен. Помимо того что в языческий период на Руси процветало многоженство, многие состоятельные и знатные мужчины имели наложниц. Если женщина была взята замуж по сговору с ее родней и получала приданое, она имела больше прав и могла потребовать, например, развод, если ее не устраивали романы мужа на стороне, но сама она не имела права ни на какие интрижки.

Византийский автор Маврикий, описывая нравы славян-язычников, отмечал целомудрие женщин и взаимную супружескую привязанность, царящую в семьях славян.

После принятия христианства

Православная Церковь настаивала на святости и нерушимости брака. Женщина, несмотря на то что по-прежнему была всецело подчинена мужу, в этот период все же получила некоторые права. В их числе - право требовать от мужа супружеской верности. Тем не менее, став христианами, мужчины продолжали изменять своим женам.

Известно, что длительное время среди знати, несмотря на яростное осуждение со стороны Церкви, сохранялся обычай иметь не одну семью, а две или даже больше.

Законы Ярослава Мудрого, относящиеся к XI веку, считают изменой мужа лишь тот случай, когда у мужчины появляются дети на стороне. Наказание за такой проступок — штраф.

В XII веке новгородский диакон Кирик, как явствует церковная переписка того времени, наивно вопрошал епископа, какое сожительство с наложницей считается грехом: тайное или явное?

Древнерусское священство руководствовалось «Отеческими правилами» Константинопольского митрополита Иоанна, где было сказано, что мужчину надлежит отлучить от Церкви «иже безъ студа и безъ срама две жены имеют». Тем не менее общество в целом смотрело на многоженство сквозь пальцы, особенно когда речь шла о князьях. В летописях отмечено, что князья Святополк Изяславич, Ярослав Всеволодович, Ярослав Владимирович Галицкий уже в христианскую эпоху имели вторых жен и наложниц. И, надо полагать, исключениями они не были. Иметь наложниц или вторые семьи знатные и богатые мужчины позволяли себе до XV века. В 1427 году митрополит Фотий в послании к псковичам запрещал в церковные старосты избирать троеженцев. На эту должность, как известно, претендовали самые состоятельные и степенные люди общины. В послании митрополита Ионы, написанном около 1456 года вятскому духовенству, заключается укоризна, что пастыри не обличают многоженцев. Бывали случаи, писал Иона, что некоторые имели до семи жен.

Наказание для таких «проказников» было исключительно со стороны Церкви. Провинившийся мужчина какое-то время не допускался к причастию, на него налагалась обязанность совершить определенное количество земных поклонов и т. п. При этом царь и иные богатые согрешившие могли откупиться от епитимьи пожертвованием в пользу Церкви.

А женщины и помыслить не могли о подобных поблажках. Измена мужа в отличие от измены жены не являлась поводом для развода.

Исключения из правил

Впрочем, бывали и исключения. В XII веке галицкий князь Ярослав Осмомысл настолько полюбил свою наложницу, которая в летописи именуется «Настаська», что ради женитьбы на ней решил отправить свою законную жену, дочку князя Юрия Долгорукого, в монастырь. Бояре, узнав об этом, схватили наложницу, самого князя заперли, а несчастную Настаську сожгли. После этого они взяли с князя клятву, что впредь он будет жить с женой «по закону». Впрочем, в этом поступке бояр читается не столько нравственный, сколько политический мотив. Юрий Долгорукий мог ведь и разгневаться.

Другой пример повествует о снисходительном отношении мужа к супруге. Мстислав Владимирович, сын Владимира Мономаха, как сказано у историка Татищева, «не скупо жен посещал». Когда он состарился, его молодая супруга позволяла себе некие шалости. И в ответ на замечания близких Мстислав будто бы сказал: «Княгиня как человек молодой хочет веселиться и может при том учинить, что и непристойное, мне устеречь уже неудобно, но довольно того, когда о том никто не ведает и не говорит».

http://russian7.ru/post/komu-na-rusi-proshhali-vnebrachnye-svyaz/

Tags: биографии, искусство и культура, история, люди и этносы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments