Сдача Херсона невозможна! Чем грозит уход из Херсона? (3 статьи)

«Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва!»

Российские войска могут быть отведены на левый берег Днепра. Об этом заявил замглавы администрации Херсонской области Кирилл Стремоусов в эфире программы «Соловьев Live».

Оставлять Херсон нельзя — категорически невозможно. Это новая территория России, и в сложившихся условиях такая сдача немедленно приведет к перевесу стратегического, тактического и нравственного преимущества в пользу противника. Полная эвакуация населения невозможна, и мы вновь можем отдать русских людей на расправу дьявольской хунте.

Информация к размышлению № 1

По информации газеты The New York Times, президент РФ Владимир Путин в последние недели более активно занялся непосредственным стратегическим планированием в войне против Украины и среди прочего отклонил просьбы военных командиров о разрешении отступить из Херсона. Они предлагали оставить город и организованно отступить за Днепр, чтобы сохранить личный состав и военную технику, пишет издание в пятницу, 23 сентября, со ссылкой на представителей американской администрации.

Мы не можем точно проверить эту информацию. Однако было много попыток «влить» в общественное сознание возможность оставления Херсона и перехода за другой берег Днепра. Не хочется осуждать кого-то, но можно и нужно говорить об отношении к СВО.

Задам очень болезненный вопрос. А руководители ВСУ стали бы в аналогичной ситуации действовать так же, если сказанное выше правда? Нам ВСУ что-то просто так оставило? Переправы оставляли? Бомбежки прекращали? Пока оставляем только мы, и наша карта по сравнению с серединой марта тает как шагреневая кожа. Отступать более некуда — дальше Москва!

От чего зависит победа? Победа зависит только от желания ее достичь и готовности положить все на ее алтарь. От того, как воспринимают эту войну наши герои-воины мужчины, мужчины призывного возрасти, домохозяйки в квартирах, молодежь, элиты и руководство страны.

Как говорил древнегреческий философ Платон: «Идеи правят миром». Итак, с руководством все отлично, а в остальном?

Информация к размышлению № 2

Как сообщает Forbes со ссылкой на собеседника, знакомого с оценками Кремля с начала частичной мобилизации, которую президент России Владимир Путин объявил 21 сентября, из России уехали до 700 тысяч человек.

Уехали «птенцы либерализма» — те, у кого были деньги. Те, кто добились успехов, но не понимают личной мужской ответственности за свою Родину. Те, у кого родина — деньги и комфорт. Нельзя осуждать всех, все мы люди, все боимся смерти и самое главное — не все готовы к войне. Отправлять ли на войну мальчишек, людей младше 23-25 лет, — большой вопрос. Во время ВОВ практически вся молодежь была перебита, а Европу брали уже люди зрелого возраста. И это исторический факт. Но «призывной» исход показал слабость общества и либеральной системы.

Что мы видим сейчас? Нам есть кем гордиться! Наша армия полностью достойна советской армии — победительницы во Второй мировой войне. Наши воины, потомки своих героев дедов и прадедов, покоривших не только Германию, но и половину Европы в 1945 году, — храбрецы с большой буквы, показывают чудеса героизма в сложных условиях нехватки снабжения, постоянных закулисных сделок и политической немощности либеральной элиты.

Кто-нибудь был в госпитале участников СВО? Кому-то в 22 года оторвало обе ноги. Он звонит матери и говорит: «Мама не плачь, я живой, а других просто разорвало». Кто-то остался без рук — не может ни поесть, ни помыться. А каково им там сейчас — в грязном окопе, целый день на холоде, при этом в каждую секунду может прилететь смерть, и все…? Кто-нибудь знает, каково это — бежать навстречу урагану пуль и снарядов, когда уши закладывает от безумного нечеловеческого грохота, который полностью парализует обычного человека? Или сидеть в танке, зажатым со всех сторон, когда каждую секунду в нем можно сгореть заживо?

На фоне этого героизма элиты ведут двойную игру, иногда явно играя на стороне противника, способствуя Стамбульскому и Харьковскому исходам, позорному возвращению из плена руководства «Азова»*, зерновой сделке, не давая бомбить железные дороги.

А определенная часть общества решает свои личные проблемы. Призыв был лакмусовой бумагой. Кто-то срочно оформлял бронь. Кто-то, улыбаясь, говорил: «А что мы имеем против них?» А что мы хотели: что воспитывали, то и получили. Воспитывали трусливого потребителя импорта — вот они и побежали.

Огромный провал нынешней системы — отсутствие идеологии. В этом смысле граждане СССР имели явное конкурентное преимущество, несмотря на процветание атеизма. Другая ее слабость — аморфность и неспособность подготовить страну к войне. Впрочем, это было в 1941, и в 1812, и в Крымской, и в русско-японской войне. Мы большие, «закидаем шапками»? Беспечность — вечная русская беда!

Устами князя Андрея Болконского в сцене накануне Бородинского сражения гений Лев Толстой говорит о главном факторе победы: «Сражение выиграет тот, кто твердо решил его выиграть. Отчего мы под Аустерлицем проиграли сражение?.. нам там незачем было драться: поскорее хотелось уйти с поля сражения… А завтра мы этого не скажем… стотысячное русское и стотысячное французское войска сошлись драться … и кто будет злей драться и себя меньше жалеть, тот победит… Завтра, что бы там ни было, мы выиграем сражение!»

Итак: кто будет злей биться, тот и выиграет! Почему мы выиграли в Великой Отечественной войне? Потому что мы поняли, что наш проигрыш — это наше полное уничтожение и порабощение. «Пусть ярость благородная вскипает, как волна, — Идет война народная, Священная война!». Можно ли победить без благородной ярости?

Информация к размышлению № 3

Как пишет «Царьград» о причинах катастрофы 1941-го: «Армия к реальной войне оказалась не готовой. Даже народ не сразу возненавидел захватчиков… Так было, пока народ не увидел агрессоров в деле. Не оказался на управлявшейся с помощью террора оккупированной территории. Не потерял многочисленных родных и близких на фронте. Не испытал мук голода и страшных лишений в тылу. Не вспомнил и не обратился к своей религии, истинным ценностям и национальным традициям…»

Вам в какой-то части это ничего не напоминает? Хотя, в отличие от того времени, сейчас боевой дух нашей армии на огромной высоте. Почему нас гнали почти до Москвы в 1941 г.? Да потому что не все поняли, что происходит. Получается абсурд — наше либеральное общество расколото, а Украина, в которой осталось только 50% населения, по-прежнему прет, и этот напор питает единство и бесконечная ненависть. Эта эпоха лишила нас пассионарности, расколола и ослабила. Нет у нас пока Чапаевых, Котовских и Дзержинского. Нет пока Жукова и Рокоссовского.

Когда еврейский народ завоевывал обетованную землю, обещанную Богом, их предводитель Иисус Навин получал следующие наставления: «Будь тверд и мужествен, не страшись и не ужасайся; ибо с тобою Господь, Бог твой, везде, куда ни пойдешь» (Иисус Навин 1:9).

Многие спрашивают:  «А за что мы сражаемся?» И мы должны понимать, что это не только битва за Россию и Русский мир, но и за будущее мира вообще.

Если мы отступим, цивилизация погрузится в апокалиптический языческий хаос, к которому идет уже давно совсем не христианский Запад. Россия — последний редут против сил дьявола. Но это не все. До победы надо созреть всем — от верха до низа. И если не созреем, война может прийти и в наши дома. И это, как в 1941 г., отрезвит всех. И это уже происходит на наших южных рубежах — например, в обстреливаемой Белгородской области.

Информация к размышлению № 4

Как свидетельствует митрополит Тихон в своем фильме «Гибель Империи. Византийский урок»: «Захватив Константинополь, молодой султан Мехмед, потрясенный богатствами некоторых горожан и в то же время полным отсутствием средств у защитников города, призвал к себе самых богатых граждан и задал им простой вопрос: почему они не дали деньги на защиту города от неприятеля? „Мы берегли эти средства для твоего султанского величества“, — льстиво ответили те. Мехмед тут же приказал предать их всех самой жестокой казни… Те же из олигархов, которые бежали на Запад, надеясь там укрыть свои капиталы, были нещадно обобраны западными друзьями и закончили жизнь в нищете».

И это вам тоже ничего не напоминает? Либеральные элиты, которые пытаются играть на стороне Запада, не понимают, что они рубят сук, на котором пока крепко сидят. И сук этот — терпение народа. Если СВО будет слита или закончится новыми «минскими», нынешняя система не устоит. Это — момент истины для управляемой демократии. Россия никогда не была капиталистической. 80 лет советской власти — это пик русской цивилизации, которая создала систему, наиболее близкую ментальности и традициям народа.

Всего было три попытки построить капитализм. Реформы Александра II, которые привели к революции 1905 г. Колонизация России Западом, которая осуществлялась в конце XIX — начале ХХ века, приведшая нас к революции 1917 г. И вот попытка № 3. Большинство народа симпатизирует СССР и социализму, и если повод будет, в стране неизбежен новый левый поворот. И неудачи в СВО, как и неудачи Царской России в Первой мировой войне, — это проявление одной и той же матрицы либеральной системы. Сто лет — круг замкнулся?

Вам это ничего не напоминает? Либеральная элита, часть военных, предавших Николая II, приветствовали февральскую революцию 1917 г. Но они не понимали, что будет октябрь 1917 г.

А.Солженицын, «Размышления над Февральской революцией»: «Стояла Россия веками — и дремалось… это была дремота … привилегированного класса — дворянства, …в его титулованных, высоко-бюрократических, великокняжеских и гвардейских кругах. Этот класс, столько получивший от России за столетия, и всё авансом, — теперь в переходную напряжённую пору страны … в главной же и высшей своей части так же дремал, беззаботно доживая, без деятельного поиска, без жертвенного беспокойства… Правящий класс потерял чувство долга… государственное сознание… покинуло его».

И что потом? В пекле революции и гражданской войны был уничтожен полностью не только правящий класс, но вся элитная прослойка общества. Все их богатства были потеряны, многие потеряли жизнь, кто-то навсегда уехал за границу. Вам нужно повторение?

Наша Армия, без всяких сомнений, по-прежнему № 2 в мире, и после нашей победы она, возможно, станет № 1 — самой сильной в мире, как и было после 1945 г.

Любое обсуждение возможности сдачи Херсона — это возможность полного провала СВО, обозначение нашей слабости в глазах всего антиамериканского и Русского мира, которому мы сейчас подаем надежду на мир и справедливость, потенциальное преступление перед жителями херсонской земли и всеми еще русскими людьми, которые ждут свободы на Украине. Это — страшный сигнал о нашей слабости Западу, которого только тот и ждет и делает все для этого. Это — начало конца системы управляемой демократии, которая пока еще правит в России. Народ не простит слабости власти.

Еще раз: Запад только и ждет этого, чтобы раскачать недовольство населения и демонтировать нынешнюю систему, о чем и было заявлено в начале СВО. И наконец, это возможность полной внутренней победы прозападной «пятой» колонны и олигархической верхушки, которым нужно «снятие» санкций любой ценой.

Есть очень точное высказывание, которое неофициально приписывают новому командующему СВО Сергею Суровикину: «Я не хочу больше жертвовать нашими солдатами, играя в поддавки партизанской войны с полчищами фанатиков, которых вооружил Запад. У России достаточно сил, чтобы вынудить киевский режим капитулировать». Разве это не чистая правда?

Да, у нас есть дефицит военнослужащих. Но как говорил наш великий Александр Суворов: «Стояньем города не берут; воюют уменьем, а не числом; от уменья происходит согласие». Все знают, как сейчас трудно брать города. Херсон — это отличная крепость, которую можно защищать минимальными ресурсами. А если мы отойдем за Днепр, как мы будем туда возвращаться? Сколько крови будет пролито, чтобы вернуть то, что Бог отдал нам в наши руки?

В случае наступления ВСУ мы можем: во-первых, кратно нарастить удары по инфраструктуре, уничтожить Яворский полигон, начать, наконец, уничтожать пути снабжения ВСУ — терять уже просто нечего. У нас есть все, чтобы поставить противника на колени! Мы можем нанести массированные бомбовые удары, в том числе используя мощнейшие вакуумные боеприпасы, и ракетные удары по группировке противника, и у нас для этого есть все ресурсы.

Второе — при крайней необходимости, как писал Рамзан Кадыров, можно направить в зону СВО часть внутреннего резерва силовых структур и таким образом заткнуть весь дефицит действующей армии: «Вместе с силовыми и военными ведомствами — это примерно 5 млн человек, которые регулярно сдают спортивные нормативы. Если оставить 50% сотрудников на служебном посту, то вторая их половина в количестве 2,5 млн человек снесет любую западную армию. И резерв не понадобится». Не бойтесь революции — бойтесь поражения!

В-третьих, для победы имеет смысл мобилизовать в активный резерв еще в общей сложности не менее 500 тыс. человек, доведя фактическую группировку на Украине до 0.7-1 млн человек.

В-четвертых, в разы увеличить производство самого востребованного оружия.

Если Россия удержит оборону, перелом в нашу пользу будет неотвратим. И если нужно превратить Херсон в Сталинград — значит, тому и быть!

Кажется, что у нас нет сил, Херсон могут затопить, переправы уничтожены, снабжение армии затруднено. Скажите, а Александру Суворову и его армии было легко в его легендарном альпийском походе? А легко было защитникам Сталинграда? А тем, кто оборонял Москву в 1941-42? Вновь вспоминаются слова преподобного Феодосия Киево-Печерского о том, что только чрезмерные усилия бывают плодотворными, а умеренные — никогда.

Наша элита, к глубокому сожалению, еще пребывает ментально в состоянии либеральной идеологии, основные черты которой — слабость, нерешительность, уступчивость и мягкотелость. Значительная ее часть делает все для «тихого» саботажа СВО.

Именно это не позволило нам одержать победу на начальной стадии операции, когда Победа была у нас в руках и мы фактически блокировали Киев. Тогда точно так же, как это было в 2014-м, мы пошли на уговоры, нас стали запугивать.

Именно либеральная ментальность — «да вы что, это “чужое” государство!» — не позволила нам провести СВО еще в 2014, когда нас поддержала бы значительная часть Украины, а ВСУ были слабы и полностью деморализованы.

Именно поэтому мы ушли из Харьковской области. Именно поэтому мы делали все для так называемого «мягкого ведения СВО».

Именно эта слабость вызвала к жизни реформы нашего снятого за коррупцию «гражданского» министра обороны, которые в середине 2000-х исходили из концепции «большая армия нам не нужна».

Именно эта слабость, осторожность, боязнь не позволила нам провести мобилизацию уже в начале СВО — а вдруг в народе будет недовольство?

Именно эта слабость позволяет Украине, в которой реально осталось не более 19-20 млн чел. выкручивать руки России, которая как минимум в 10 раз сильнее бандеровского государства.

Но новая стратегия С. Суровикина расставит все по местам. Как заявил зампред Совбеза РФ Дмитрий Медведев, Россия никому не позволит отторгнуть свои новые регионы — ДНР, ЛНР, Херсонскую и Запорожскую области — и будет защищать их жителей всеми имеющимися возможностями.

Дай Бог! «Все для фронта, все для нашей победы!».

Читайте также: Владимир Путин сделал ряд важных заявлений

Александр Одинцов, специально для «Русской Весны»  https://rusvesna.su/news/1667485171

Депутат последнего легитимного созыва Верховной Рады Украины Олег Царев в своем Telegram-канале проанализировал возможные риски оставления Херсона российской армией.

«Херсон. Да, на сегодняшний день город не оставлен. Но риск, что такое решение (именно политическое) будет принято, велик. В связи с этим хочу сказать, что не вижу ни одной причины для этого решения и ни одного плюса, который мы могли бы из него извлечь.

Уйти из Херсона и понести колоссальные, я бы сказал, невосполнимые репутационные потери, которые мы принесём себе сами, без боя оставив землю, которую месяц назад красиво признали своей, — абсурд.

Уйти из Херсона — подарить козырь не столько Украине, сколько Байдену и всей западной антироссийской компании. Херсон — единственный областной центр, который заняла наша армия. Теперь Украина его возвращает, избежав кровопролитных боев при штурме обороняющегося города, и этот подарок Демпартия США получает накануне выборов в Конгресс.

Уйти из Херсона — фактически поставить Крым под удар. Каховская ГЭС станет легкой целью, и нет сомнений, что полуостров снова останется без воды.

Уйти из Херсона — отказаться от Николаева и Одессы, играющих важнейшую роль в привлекательности Украины в глазах Запада. Если Херсон будет оставлен, все поймут, что никуда дальше мы не пойдём. Более того, скорее всего, и в Херсон не вернёмся. Оставить город без боя и брать его потом с боем, форсируя Днепр, — две большие разницы.

Уйти из Херсона — дать возможность устроить новую Бучу. Не было отступления, после которого нацисты не убивали бы наших сторонников, выдавая погибших за украинцев, убитых нашими. В Херсоне осталось около 20% населения. Поверьте, они найдут, с кем расправиться.

Да, есть сложности со снабжением группировки российской армии на правом берегу, но они не видятся непреодолимыми, тем более худо-бедно эти проблемы мы преодолеваем.

Да, оставив Херсон, мы освободим силы нашей армии и сможем активнее наступать где-то в другом месте. Но в этом случае мы дадим такую же возможность и ВСУ.

Сводки с фронта свидетельствуют о том, что ВСУ не наступают и не собираются. Разговариваю со знакомыми с Украины, сотрудниками серьёзных украинских ведомств и организаций. В один голос говорят, что ситуация на фронте за последний месяц кардинально поменялась. ВСУ с трудом удерживает позиции, и желания и мотивации наступать нет ни у ВСУ, ни у наемников. Грязь, открытый плацдарм, который простреливает наша артиллерия и авиация, делают наступление невозможным.

Экстренная мобилизация на Украине вызвана страхом, что при прибытии всех российских мобилизованных на фронт Россия перейдёт в наступление. Ситуация у них настолько непростая, что они всерьёз считают слухи об оставлении Херсона ловушкой, не верят, что наши добровольно сдадут город. Это решение кажется им абсурдным.

В качестве аргумента за оставление Херсона приводят стотысячную группировку ВСУ, мол, наши войска не выдержат удар. Цифра меня не удивила, это четверть активно воюющих “всушников”, столько и должно быть. Соотношение не настолько критическое, чтобы сейчас отступать, причём понимая, что их перевес временный — на подходе наши мобилизованные, и перевес будет у нас.

Знаю о серьёзной подготовке оборонных укреплений на этом направлении. Штурмовать такие трудно. Смотрите, как окопались украинцы на Донбассе, — бьемся, а продвигаемся не быстро. Если заминировать поля, можно на несколько месяцев увязнуть в боях.

Слова Суровикина о возможных трудных решениях воспринимались как правильные только в тот момент. Но ситуация кардинально поменялась, наши перестали отступать, где-то наступают — сегодня общество не поймёт очередной передислокации. Не секрет, что у Суровикина много врагов в МО, ждущих, что он споткнётся, другие специально подталкивают к неправильным решениям. Добровольная сдача Херсона поставит крест на карьере главкома.

Если сдача Херсона — результат переговоров о заморозке конфликта, например, после саммита G20, то, во-первых, нас практически гарантированно снова кинут, а во-вторых, эта игра опасна уже для внутриполитического пространства России. Общество много месяцев нагнетают важностью поддержки СВО, провели мобилизацию, непросто под санкциями. Добровольная сдача теперь уже российских территорий будет воспринята как предательство».

Читайте также: Российский военный рассказал, как взял в плен офицера нацбата «Кракен» (ВИДЕО)